Длань Покровителей 2. Плач земли  - Мария Бородина

– Огонь, говоришь? – глаза Кантаны хищно блеснули. – Ну-ка, покажи скорее!

Искорёженные яблони убегали назад. Изломанные ветки, покрытые инеем, сплелись в коридор над головами. Холодало. Северный ветер нёс колючки измороси. Скоро на Девятый Холм явится настоящая зима: терпкая и едкая, как замороженный ликёр. Здесь это время называют Первым Сезоном. Но, как ни окрести зловещую пору, суть не изменится. Незачем подбирать пёстрые названия, которые всё равно не замаскируют чёрно-белой истины. Зима – это остановка. Гибернация. Смерть. И бесконечная, прозрачная, как стылый воздух, печаль.

Но, как ни странно, Мии стало жарко от просьб. Даже на холодном ветру. Наледь на ресницах внезапно растаяла, превратившись в блестящие капли. Утерев щёки, она с сомнением покачала головой.

– Извини, Кантана.

– Что тут такого? – уголки рта Кантаны поползли вверх.

Миа с пренебрежением фыркнула. Удивительная же особь эта Кантана Бессамори! Её родного брата изгнали часом ранее, а она смеётся, словно жизнь подбросила ей чизкейк со взбитыми соевыми сливками. И не притворяется ведь! Кантана хорошо умеет вешать лапшу на уши, но на этот раз её воодушевление слишком очевидно. Инцидент с Элатаром, похоже, зарядил её на полную. Миа, конечно, могла оправдать чувства Кантаны, но делать этого и не хотелось. Она и сама не пережила бы, если бы её брата с позором лишили жизни на глазах у толпы, под заунывные песнопения. Уж лучше ссылка. Тюрьма. Да даже Мельница!

Только вот брата у неё не было. Но всё же, если представить гипотетически…

– Мой дар почему-то проявляется в самый неподходящий момент! – Миа зажалась, стараясь отгородиться от детального допроса. – И я боюсь, что он даст о себе знать, когда я совсем не буду ждать этого. Ночью, например, когда я буду спать. Я же подпалю ваше имение и сама не замечу! А твоя мать и так ко мне неровно дышит.

– Это нормально, Миа, – Кантана провела ладонью по плечу Мии, заставив её брезгливо отшатнуться. – Ты ведь не знакома с основами. Мощную магию сложнее обуздать. Мне тоже нелегко. И все мы боимся, поверь. Даже моя мать, наверное.

Миа закусила губу. Кантана стояла перед ней: тёмная и яркая, похожая на выжженное пятно на сером небе. Несмотря на то, что она тщательно запудрила и подрумянила щёки, на скуле всё равно проступала корочка кровоподтёка. В каждом жесте и слове её сквозило скрытое превосходство, и это раздражало.

– Сегодня утром, – Миа с трудом подбирала слова. Очень не хотелось делиться своими промахами с Кантаной, но только так можно было объяснить, что происходит, – я сильно расстроилась. И вокруг меня, ниоткуда, появилось огненное кольцо. Я запаниковала и едва успела потушить пожар. Но я не вызывала его специально, в чём же дело?

– Магия призвана защищать своего обладателя, – пояснила Кантана. – Нам говорили так в Наставне. Вернее, им говорили, а я подслушала. Когда эмоции и чувства овладевают нами, магия может пойти своим путём. Навыки контроля – тонкое искусство, которому надо учиться.

– Научишь? – Миа перешла в наступление.

Кантана остановилась, растерявшись. Чёрные складки юбки взлетели на ветру, как крылья. Миа едва держалась, чтобы не фыркнуть ей в лицо. Одного взгляда на Кантану хватало, чтобы понять: связываться с Мией в делах магических она не собирается.

– Если бы я умела сама, – Кантана развела руками, изобразив сожаление, – и проблем бы не было никаких. И вы бы сюда не явились против моего желания… Может, я знаю чуть больше о процессе, но в навыках контроля мы равны.

– Вот блин! – только и сумела выговорить Миа.

– Погоди. Тобой интересуется Совет. Глядишь, и научат чему-нибудь. А ты потом научишь и меня, – Кантана снова улыбнулась.

– Дохлый трюк, – Миа насупилась. – Пока я не докажу им, что я – Длань, никто не обратит на меня внимание. А я не докажу этого ни сегодня, ни завтра. Сама знаешь, почему.

– Даже если этого не произойдёт, они непременно заставят твою магию подать голос! Любопытство сильнее здравого смысла! И для них – тоже.

– Ты, конечно, знаешь об этом лучше всех. Но за это время я успею спалить целую улицу, – Миа усмехнулась. – Может, даже не специально. Не исключено, что и ты под горячую руку попадёшь!

Кантана неожиданно остановилась посреди тропы.

– Не угрожай мне, Миа, – она изобразила на лице мягкую улыбку. – Помни, что ваша тайна у меня. Здесь не любят чужих. Я могу подать голос в любую секунду.

– Тоже мне, – Миа отвернулась. – Думай, что говоришь прежде, чем рот открывать. Мы знаем кое-что поинтереснее, и нас двое.

– А кому здесь поверят больше?!

– Как ты не понимаешь? Выдашь нас – сразу всплывёт твоё преступление. Это же как день ясно. Чем там у вас наказывают колдующих невосвящённых?

– И где ты отыщешь доказательства, что это произошло по моей вине, а не по чьей-нибудь ещё?